ГЛАВА 2

Прошла неделя после ночного инцидента с сообщением. Сергей стал осторожнее - теперь его телефон всегда при нём, всегда заблокирован. Мы почти не разговариваем, существуем как призраки в одной квартире.

Открываю шкаф - ряд его костюмов, рубашек, галстуков. Касаюсь ткани кончиками пальцев. Когда-то я любила наблюдать, как он одевается по утрам. Сейчас от этого человека остался только запах парфюма на одежде. И даже он кажется другим - примешивается что-то цветочное, женское. Или я схожу с ума?

Телефон звонит. Сергей.

- Я сегодня задержусь, - сухо сообщает он. - Не жди.

Привычная фраза за последний месяц. Раньше я думала, что это проявление заботы. "Не жди" - чтобы я не волновалась, не сидела голодная.

Теперь понимаю: это было удобной отговоркой. Способом не отчитываться. "Не жди" - не задавай вопросов, не провоцируй объяснений.

Смотрю в окно на хмурое ноябрьское небо. Затишье перед бурей. Мне нужно выйти из дома, иначе эти стены раздавят меня.

В любимой кофейне тепло и уютно. Сажусь за столик в углу, заказываю латте. Напротив Третьяковская галерея - напоминание о прошлой жизни. Раньше я часами бродила по музеям с фотоаппаратом, изучала работы мастеров!!!

- Анна? - мужской голос выдёргивает из воспоминаний. Поднимаю голову - Михаил, университетский друг, которого видела на приёме неделю назад.

- Можно? - он указывает на стул напротив.

Киваю, внезапно радуясь компании )). Не помню, когда последний раз вот так просто говорила с кем-то - не о бизнесе Сергея, не о светских мероприятиях.

- Ты в порядке? - спрашивает Михаил, внимательно глядя на меня. - Выглядишь...

- Ужасно? - усмехаюсь я.

- Нет, - мягко возражает он. - Просто... уставшей.

Что-то в его тоне - искренняя забота без подтекста - заставляет защитные стены дрогнуть. Глаза предательски щиплет.

- Я не знаю, - честно отвечаю. - Кажется, всё рушится.

- Что именно?

- Всё, - слово вырывается прежде, чем успеваю его остановить. - Моя жизнь, брак, представление о себе...

Михаил молчит, но в его глазах нет осуждения - только понимание. Оказывается, как же мне не хватало этого - простого человеческого понимания.

- Знаешь, - говорит он наконец, - иногда нужно дать чему-то разрушиться, чтобы построить новое.

Его слова остаются со мной весь день. Весь вечер. Вертятся в голове, пока готовлю ужин для себя одной. "Дать чему-то разрушиться..."

Сергей возвращается неожиданно рано - в десять вечера. От него пахнет алкоголем и... цветочными духами. Я моментально напрягаюсь. Каждый мускул превращается в натянутую струну.

- Ты пьян? - спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.

- Немного выпил с коллегами, - он снимает пальто, бросает его на диван вместо вешалки. Раньше такого не допускал. - Что-то не так?

"Всё не так," - кричит мой внутренний голос. "Ты пахнешь ЧУЖИМИ духами. Твои глаза блестят, но не от алкоголя. Ты даже не стараешься скрывать следы."

- Нет, - отвечаю. - Просто спросила.

Он подходит к бару, наливает себе виски. Руки чуть дрожат. Возбуждение? Тревога? В наших прошлых ссорах я отступала, но сегодня что-то во мне сломалось.

- Сергей, - начинаю, удивляясь спокойствию своего голоса. - Я хотела спросить. У тебя... есть кто-то?

Он замирает, стакан застывает на полпути к губам. Потом смеётся - слишком громко, фальшиво.

- Что за бред? - он делает большой глоток. - У тебя паранойя, Анна.

Смотрю на своего мужа - красивого, успешного, холёного - и вдруг вижу его совсем другими глазами. Эгоистичного. Лживого. Манипулятора.

Тогда, в первые годы брака, я воспринимала его заботу как проявление любви. "Не носи это - тебе не идёт". "Оставь эту работу - зачем тебе нервничать". "Эта подруга на тебя плохо влияет". Я думала, он оберегает меня.

Теперь понимаю: он меня КОНТРОЛИРОВАЛ. Методично отрезал от друзей, работы, увлечений. Создавал зависимость.

- Давай поужинаем вместе завтра? - внезапно предлагаю я. - В нашем ресторане, как раньше.

Он удивлённо смотрит на меня, потом кивает:

- Хорошо, давай. Забронирую столик.

Может, ещё не поздно? Может, мы сможем всё вернуть?

На следующий вечер я надеваю его любимое платье, делаю причёску, тщательный макияж. Ресторан встречает приглушённым светом, мягкой музыкой. Мы сидим за тем же столиком, где когда-то он сделал мне предложение.

- Ты прекрасно выглядишь, - говорит Сергей, изучая меню.

- Спасибо, - улыбаюсь в ответ.

Разговор не клеится. Обсуждаем погоду, новости. Поверхностно, формально. Между нами - пропасть, которую не заполнить вином и дорогими блюдами.

Его телефон звонит. Он смотрит на экран, лицо меняется. Сбрасывает звонок, но через минуту телефон звонит снова.

- Прости, надо ответить. Рабочее, - он встаёт и быстро выходит.

Смотрю ему вслед. В его походке - нетерпение, волнение, спешка. Он возвращается через пять минут, но эти пять минут меняют всё. Его глаза блестят, щёки слегка порозовели. У него ТАКОЕ же выражение лица, как в первые месяцы нашего романа.

До конца ужина он рассеян, постоянно проверяет телефон. Когда приходит сообщение, он убирает телефон, едва я поворачиваю голову в его сторону.

Мы возвращаемся домой в молчании. В лифте он снова проверяет телефон, отвечает на сообщение. Улыбается уголками губ.

В эту ночь мне снова не уснуть.

Через два дня я забираю забытый зонт в офисе Сергея. Решение спонтанное - так сильно припекает необходимость ЗНАТЬ.

И тогда я вижу ЕЁ.

Она выходит из соседнего кафе. Высокая блондинка в элегантном костюме. Тонкая талия, длинные светлые волосы. Смеётся, глядя на экран телефона. И в эту минуту из офисного здания выходит Сергей.

Замираю за колонной, не в силах двинуться.

Он подходит к ней, целует - не мимолётно в щёку, а долго, глубоко, страстно. Так, как давно не целовал меня. Они садятся в его машину и уезжают. Вместе.

Земля уходит из-под ног ((((. Вцепляюсь в колонну, чтобы не упасть. Это не деловая встреча. Не рабочие отношения. Это ИЗМЕНА. Настоящая, откровенная, бесстыдная.