ГЛАВА 2
–Так вышло! Понимаешь....
Я вытянула вперёд руку. Прошло полгода. Гунченко хватило на такой срок, только на такой, а про неё я знала уже давно. Слишком давно. Зачем мне все эти итальянские страсти....Ни к чему. Любовь? Сильная. Я очень его любила. Я люблю его и буду любить. Мы столько лет прожили вместе и сейчас, я не верю что кто–то открыл ящик Пандоры, что все это посыпалось на нашу семью, на нашу боль. Что лечение не приносит облегчения, что все живут радуются, а я нет. Что я угасаю. Медленно, страшно угасаю.
–Клара давай поговорим с тобой!
Родион опять отводит глаза. Поговорим? Конечно давай поговорим. Только о чём говорить. О его измене. О моей боли. О том что болезнь забирает мои силы, а Гунченко больше на это смотреть не может.
–Прогресс не стоит на месте, тебе становится легче, Владимир Васильевич....
Я усмехнулась и Родион тут же замолчал.
–Клара, зачем ты так?
–Как так? Я учусь ценить жизнь, всё понимать, думать что сказать детям! Ты придумал что мы скажем Лёшке и Ксюше!
Гунченко утёр пот со лба. Я видела, как всё это даётся ему с трудом. Видела её фото и даже знала, как она меня называла «инвалидка».
–Клара если ты думаешь что это из– за болезни, ты ошибаешься, я буду рядом, пойми я...
–Родя перестань!
Я встала и подошла к зеркалу. Похудела. Сильно похудела. В глазах застыли слёзы. Почему так больно? Почему это мне? За что?
