Глава 3

– Сколько лет прошло, а ты не изменилась!!!

Поднимаю глаза от меню. Андрей стоит у столика – дорогой костюм, всё та же косая улыбка.

– Врёшь и не краснеешь.!!!

– Серьёзно. Только седая прядь добавилась.

Трогаю волосы машинально. Убираю руку.

– Садись. Или будешь весь вечер комплименты раздавать?

Садится напротив. Официантка – молоденькая, с пирсингом – приносит кофе.

– Вам что-нибудь? – спрашивает его, стреляя глазами.

– Двойной эспрессо.

Уходит, виляя бёдрами. Андрей даже не смотрит.

– Спасибо, что пришла.

– Спасибо за деньги. Очень вовремя.

– Игорь?

Вздрагиваю:

– Откуда ты...

– Я его партнёр. По клинике.

Что?

– Ты работаешь с моим мужем?

– Бывшим, насколько я понял. Он вчера хвастался – жена ушла к любовнику.

– Сволочь!

– Согласен.

Официантка приносит его кофе. Андрей ждёт, пока она уйдёт.

– Марина, я позвал тебя не из-за Игоря.

– А?

– У меня проблема. Личная. Нужен психолог, которому доверяю.

– Я двадцать лет не практиковала.

– Знаю. Но ты лучшая на курсе была. И память у тебя фотографическая.

Была. Всё было – молодость, амбиции, мечты. И он был. Первый поцелуй в общаге, первая ночь, первая любовь. Потом его отец получил назначение в Москву, и Андрей уехал. А через полгода я встретила Игоря.

– В чём проблема?

– Панические атаки. Начались три месяца назад.

– Причина?

– Если бы знал.

Достаёт сигареты. Электронные.

– Куришь?

– Пытаюсь бросить. Десятый раз.

– А атаки когда?

– По ночам. Просыпаюсь – сердце колотится, воздуха не хватает, кажется – умираю.

Классика. Помню из учебников.

– К врачу ходил?

– Ко всем. Сердце в порядке, анализы идеальные. Прописали антидепрессанты – не помогает.

– Стресс?

– Работа, развод, проблемы с дочкой. Выбирай.!!

– Дочь?

– Семнадцать. Живёт с матерью. Видимся раз в месяц, и то если повезёт.

Пьёт кофе. Морщится:

– Отвратительный.

– Всегда таким был. Мы просто молодые были, не замечали.

– Или влюблённые.

Молчим. Неловко.

– Почему я? – спрашиваю. – В Петербурге сотни психологов.

– Потому что ты знаешь меня. Настоящего. Не того успешного хирурга с дипломами на стене.

– Я знала тебя двадцать пять лет назад.

– Я никуда не делся. Просто постарел и оброс проблемами.

Телефон вибрирует. Игорь. Не беру.

– Ответь, – говорит Андрей.

– Не хочу.

– Он будет звонить, пока не ответишь. Знаю по опыту.

– Вы друзья?

– Партнёры. Он гениальный хирург и полная скотина как человек.

– Почему работаешь с ним?

– Клиника моя. А он приносит шестьдесят процентов прибыли. Пациенты его обожают.

– Пациентки.

– И они тоже.

Телефон звонит снова. Отключаю звук.

– Где остановилась? – спрашивает Андрей.

– Нигде пока. Вещи в камере хранения.

– Поехали ко мне.

– Андрей...

– Не в том смысле. У меня трёшка, живу один. Гостевая комната пустует.

– Не могу.

– Почему?

– Ты партнёр моего мужа.

– Бывшего. И что? Он тебя на улицу выставил.

– Откуда знаешь?

– Вчера рассказывал. Мол, психованная жена устроила скандал, пришлось замки менять.

Значит, вчера уже рассказывал. А сегодня утром разыграл спектакль.

– Я сниму квартиру.

– На что?

– Ты всё знаешь?

– Он хвастался. Показывал фото Камиллы. Говорил, какая она горячая.

Меня тошнит. Буквально. Встаю:

– Мне нужно в туалет.

Бегу. Успеваю. Выворачивает наизнанку – вчерашняя пицца, утренний кофе, желчь.

Умываюсь холодной водой. В зеркале – бледное лицо, размазанная тушь. Красавица.

Возвращаюсь. Андрей уже расплатился.

– Поехали. Тебе нужно поспать.

– Я не могу жить у тебя.

– Можешь. Неделю точно можешь. Пока квартиру не найдёшь.

– А твои панические атаки?

– Будешь лечить. Заодно и практику вспомнишь.

Смотрю на него. Седой, уставший, но всё ещё красивый. Мой Андрей из прошлого.

– Это плохая идея.

– У тебя есть лучше?

Нет. Нету.

– Поехали.

Выходим. Его машина – чёрная крутая. Конечно. Все успешные мужчины на них ездят.

– Адрес камеры хранения?

Называю. Едем молча. Город проплывает за окном – дождь начинается, люди раскрывают зонты.

– Не жалеешь, что вернулся? – спрашиваю.

– В Питер? Нет. Москва меня задолбала.

– А семья?

– Бывшая жена осталась там. С новым мужем и моей дочерью.

– Давно развелись?

– Два года. Но умирали мы лет десять.

– Почему?

– Я работал. Она тратила. Встретились раза три в месяц. Потом она нашла инструктора по йоге.

– Серьёзно? Йога?

– Ага. Двадцать пять лет, пресс кубиками. Против него у меня шансов не было.

Смеёмся. Первый раз за два дня.

– А дочь?

– Выбрала мать. Логично – там деньги, квартира в центре, новый папа-красавчик.

– Но ты же платишь алименты?

– Миллион в месяц. И квартиру им оставил. И машину. И дачу.

– Миллион?

– Официальная зарплата большая. Суд присудил максимум.

Подъезжаем к камере хранения. Андрей помогает загрузить мешки.

– Это всё?

– Двадцать лет жизни в трёх мешках.

– У меня в одном поместилось.

Едем к нему. Васильевский остров, новый дом, консьерж.

– Двадцать третий этаж, – говорит в лифте.

– Боюсь высоты.

– Привыкнешь.

Квартира огромная – окна в пол, вид на залив, минимализм.

– Гостевая там, – показывает. – Ванная своя, халат в шкафу.

– Андрей, я...

– Не благодари. Мы квиты – ты меня лечить будешь.

– Я не уверена, что смогу.

– Сможешь. Ты же Марина Орлова, гроза всех преподов.

– Была. Теперь я брошенная жена без работы и денег.

Подходит ближе. Пахнет дорогим парфюмом и прошлым.

– Ты Марина. Умная, красивая, сильная. И седая прядь тебе идёт.

– Появилась после аварии.

– Игорь говорил. Сочувствую.

– Знаешь что? К чёрту его. Давай выпьем сок.

– За что?

– За встречу через двадцать пять лет.

Достаёт сок.

– За тебя, Марина. За новую жизнь.

– Расскажи про атаки, – прошу.

– Давай завтра. Сегодня ты отдыхаешь.

– Я не устала.

– Устала. У тебя глаза как у загнанной лошади.

– Спасибо за комплимент.

– Я серьёзно. Иди в душ, потом спать. Ужин закажу.

– Не голодна.

– Всё равно закажу. На всякий случай.

Иду в гостевую. Чисто, светло, безлико. Как в отеле.

В душе плачу. Долго, навзрыд. Вода смывает слёзы, но не боль.

Выхожу в халате. Андрей на кухне, раскладывает еду из контейнеров.

– Японская кухня. Помнишь, ты любила?

Помню. Первое свидание, дешёвые роллы в студенческом кафе.

– Помню.

Едим молча. Вкусно, но не чувствую вкуса.

– Марина?

– М?

– Всё наладится.

– Откуда знаешь?

– Потому что хуже уже не будет.

Смеюсь:

– Это точно.

Телефон вибрирует. СМС от Максима:

"Мам, ты где? Папа сказал, ты в больнице."

В больнице?

Пишу ответ:

"Я в порядке, солнышко. У подруги. Позвоню завтра."

"Мам, ты правда болеешь?"

"Нет. Просто устала. Люблю тебя."

"Я тоже."

– Сын? – спрашивает Андрей.

– Да. Двенадцать лет.

– Тяжело.

– Невыносимо.

– Пройдёт. У меня прошло.

– Когда?

– Ещё не совсем. Но уже легче.

Встаю:

– Я спать.

– Конечно. Если что нужно – стучи.

– Спасибо.

– Марина?

Оборачиваюсь.

– Я рад, что ты пришла. Правда рад.

– Я тоже.

Засыпаю в чужой постели, в чужом доме, в чужой жизни.