ГЛАВА 2
Прошло два дня. Мальчик выжил – это всё, что удалось узнать Антону. Но состояние тяжёлое. Кома...
– Его зовут Кирилл, – сказал муж, закрывая ноутбук. – Десять лет. Возвращался из школы.
Я смотрела в одну точку. Кирилл. У моей жертвы теперь есть имя.
– Будем надеяться, что он выкарабкается, – Антон обнял меня. – А нам нужно жить дальше. Никто ничего не видел. Камер там нет.
Но жить дальше не получалось... Я вышла на работу, пыталась улыбаться, кивать, делать вид, что всё нормально. Внутри – пустота и страх.
– Вера, этот слайд мы уже обсуждали, – раздражённо заметил мой директор.
Я вздрогнула. Опять отключилась на совещании!
– Прости, я... не выспалась.
После работы я решила ехать на метро – не могла заставить себя сесть за руль. В вагоне было душно, люди прижимались друг к другу. У меня закружилась голова от нахлынувшей клаустрофобии.
Телефон зазвонил. Незнакомый номер.
– Алло?
– Ты сбила моего сына, тварь, – низкий мужской голос полоснул как бритвой.
У меня потемнело в глазах! Сердце бешено стучит, кажется, вот-вот вырвется из груди.
– Я... не понимаю... – прошептала я, но звонивший перебил:
– НЕ ИГРАЙ СО МНОЙ! Белый «Фольксваген», женщина за рулём. Думала, никто не видел? Ошибаешься.
В горле встал ком... Я судорожно огляделась – не слышит ли кто.
– Что... что вы хотите? – выдавила я.
– Хочу, чтобы ты почувствовала такую же боль, – его голос стал ещё ниже. – Мой сын в коме. А ты будешь в АДУ гореть.
Гудки. Связь оборвалась.
Я выскочила из вагона на ближайшей станции. Прислонилась к колонне, пытаясь справиться с дыханием. Руки бешено дрожат...
Нужно домой. К Антону. Он знает, что делать!
Я бежала по улицам, петляя между прохожими, не замечая моросящего дождя. Мне казалось, что за мной следят. В каждом встречном мерещился тот, кто звонил...
Наш подъезд. Лифт. Дверь квартиры.
– Антон! – позвала я, захлопнув за собой дверь. – Антон, мне угрожали!
Тишина... Странная, звенящая тишина.
Прошла в гостиную – пусто. Кухня – никого.
– Антон? – уже тише позвала я, чувствуя, как внутри всё сжалось от необъяснимого страха.
Заглянула в спальню и...
Он лежал на полу возле кровати. В луже крови. С пробитой головой.
Я ЗАКРИЧАЛА! Закричала так, что сорвала голос. Бросилась к нему, схватила за плечи, перевернула.
Остекленевшие глаза смотрели в потолок. Кровь уже начала подсыхать.
– Нет-нет-нет! АНТОН! – я трясла его, хотя понимала – бесполезно. – ПОЖАЛУЙСТА!
По щекам непроизвольно потекли слёзы... Это не могло быть правдой! Не могло!
Внезапно я услышала звук открывающейся входной двери.
Кто-то вошёл в квартиру...
– Эй, Плеш, глянь, не в спальне ли наша птичка? – раздался незнакомый голос из коридора.
Инстинкт самосохранения сработал мгновенно. Я метнулась к своей сумке, лежавшей на кровати. Где-то там был газовый баллончик...
– А вот и ты, – в дверях появился лысый верзила с кривой улыбкой. – Яр хочет поговорить с тобой.
Я вытащила баллончик и направила в его сторону.
– УХОДИ! – мой голос звучал как чужой.
– Да ладно тебе, – он шагнул вперёд, и я нажала на распылитель.
Плеш взвыл, схватившись за лицо! Я рванулась мимо него, в коридор, где столкнулась со вторым – худым, с крысиным лицом.
– Ты охренел?! – закричал он, глядя на своего корчащегося напарника, и потянулся к поясу.
Я брызнула газом и ему в лицо, оттолкнула и бросилась к выходу! Позади слышались проклятия, грохот падающей мебели.
Лестница вместо лифта. Перепрыгивая через ступеньки, я неслась вниз, ощущая, как адреналин растекается по венам.
Выскочила на улицу – и замерла. Куда бежать? Где спрятаться?
В этот момент из подъезда выбежал худой, уже с пистолетом в руке. Глаза красные, слезящиеся, но он меня заметил.
– СТОЙ!
Я бросилась бежать, петляя между домами...
Мой мир рухнул в одночасье... Антон мёртв. В моём доме убийцы. Мне некуда идти.
Я бежала, не разбирая дороги, и только одна мысль пульсировала в голове – выжить. ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ.
